Что общего между часовщиком, скульптором, архитектором и музыкантом? Все они — часть команды, которая может «оживить» костельный орган. Особенно если это легендарный инструмент 18 века, который после пожара молчал более сорока лет. Именно такую историю пережил Вроцлав — город, где реставрация органов стала настоящим искусством и символом возвращения утраченного звучания. Подробности — на wroclaw.one.
Профессия, соединяющая технику и поэзию: кто реставрирует органы
Когда речь идет о реставрации органа, не стоит представлять себе только музыканта с отверткой. Это командная игра, где сходятся навыки скульптора, инженера, акустика, химика и искусствоведа. Реставратор органов — это специалист редкой профессии, которая требует почти ювелирной точности и понимания каждой детали. Ведь речь идет об инструменте, в котором несколько тысяч труб, десятки механических узлов и акустика, которая должна звучать не хуже, чем 200 лет назад.
Органы — это часть архитектуры храма, его голос и лицо одновременно. Поэтому реставрация касается как звучания, так и внешнего вида: скульптур, деревянных элементов, позолоты, даже красок. В процессе работают художники, столяры, музыковеды, которые вместе воссоздают все — от мельчайших фигурок ангелов до тембра конкретной трубы.
Во Вроцлаве эти проекты почти всегда имеют международный характер. К работам по восстановлению органов привлекают специализированные фирмы из Германии, Бельгии и Польши. Например, в случае с органом в костеле святой Елизаветы это был консорциум из трех компаний, среди которых — известная немецкая Orgelbau Klais. Иными словами, для такого уровня реставрации нужен синтез локальных знаний и мирового опыта.
Кстати, учиться на реставратора органов — задача не из простых. Это не классическое академическое образование, а скорее ремесло, которое передается в мастерских или небольших специализированных школах, часто при университетах культуры или музыки. В Польше таких специалистов — единицы, и большинство из них постоянно работают во Вроцлаве или приезжают сюда, чтобы выполнять профессиональные задачи на местных объектах.
Как восстановили орган Энглера: история возрождения
Этот орган молчал почти полвека. В 1976 году пожар уничтожил сердце Базилики святой Елизаветы — орган, созданный в 18 веке вроцлавским мастером Михаэлем Энглером. Много лет инструмент считали утраченным навсегда, ведь его фасад, механика, трубы — все было уничтожено или сильно повреждено. Но в 2018 году во Вроцлаве решились на смелый шаг — восстановить инструмент, который имел уникальный звук и исключительную художественную ценность.
Восстановление длилось несколько лет и стало примером реставрации мирового уровня. Все началось с архивов: старые фотографии, чертежи, даже сохранившиеся элементы других органов Энглера стали основой для реконструкции. Мастера из Польши, Германии и Бельгии работали вместе, чтобы воссоздать 54 регистра, более 3000 труб и свыше 150 декоративных скульптур. Каждая деталь — от лиц ангелов до резьбы фасада — была сделана вручную, с соблюдением исторической точности. Золотые элементы покрывались 24-каратной позолотой.
О масштабе говорит хотя бы тот факт, что проект считается крупнейшей реставрацией органа в Европе после Второй мировой войны. Общая стоимость работ достигла почти 20 миллионов злотых. Но дело было не только в деньгах: это был символический акт — возвращение голоса одному из старейших храмов Вроцлава.
27 января 2022 года орган снова зазвучал. И этот момент стал эмоциональной кульминацией для целого города. Ведь реставрация вернула часть городской идентичности, уничтоженной временем и огнем.
Новая жизнь старинных инструментов: традиции и технологии
Возродить старинный орган — это больше, чем воссоздать его облик или звук. Нужно было будто бы войти в диалог со временем. Современные реставраторы все чаще сочетают классическое ремесло с инновационными технологиями: 3D-сканирование помогает с точностью воспроизвести исчезнувшие элементы, а компьютерное моделирование позволяет проверить, как звук будет «вести себя» на территории костела. В то же время никто не отменяет ручной труд — дерево обрабатывают старыми техниками, а позолоту наносят так, как это делали в 18 веке.
Этот гибридный подход хорошо виден именно во Вроцлаве. Здесь действует несколько мастерских, которые сотрудничают с Академией искусств и архитектурными бюро. Молодые художники и инженеры приобщаются к реальным проектам — и, по сути, учатся в процессе. Благодаря этому реставрация превращается в многоуровневый художественный акт.
Интересно, что современные мастера не всегда стремятся сделать орган «идеальным». Иногда они специально оставляют в нем акустические особенности, которые были присущи оригинальному инструменту. Это создает эффект подлинности, а слушателю дает возможность услышать, как звучал орган двести лет назад — со всеми его особенностями. Такое решение вполне логично. Например, вроцлавский ансамбль песни и танца ценен именно тем, что сохраняет традиции, а не идеальностью внешнего вида или движений. Так и со старинными органами — историческая память на первом плане.
Итак, реставрация органов во Вроцлаве не сводится лишь к техническому восстановлению. Это своеобразное возвращение культурной памяти. И каждый раз, когда в одном из костелов снова звучит музыка, город будто вспоминает свою историю со всеми ее противоречиями.